Не как траты, а как вклад в ближайшее будущее

С профильным министерством и Российской академией образования хотим предложить производителям учебных пособий, детских игрушек пройти добровольную сертификацию соответствия специально выработанным условиям. Родители сегодня ищут умные игрушки, но, приходя в магазин, видят такую продукцию, которая, откровенно говоря, шокирует. Если бы производители добровольно проходили сертификацию и получали так называемый знак качества, то эта продукция пользовалась бы и доверием, и большим спросом, поскольку безопасна и соответствует возрасту детей.
Очень правильный вопрос о традиционных семейных ценностях. Мы, к сожалению, долгие годы стеснялись не только слова «идеология», но и своих гимна, флага. И образование у нас вдруг превратилось в услугу. Впоминаю, как в 2013-м вместе с Аминой Шафиковой, министром культуры, участвовали в международном фестивале в Турции. Нас поразил миллионный стадион, на котором выступал Эрдоган, тогда он еще был премьер-министром, где все как один – от мала до велика – буквально со слезами на глазах пели гимн.
Многое делалось специально, чтобы россияне начали стыдиться своих истории, гимна, флага, герба, чтобы мы все вдруг стали гражданами мира. Слава Богу, сейчас идеология в хорошем смысле этого слова вернулась в школы. Понятно, что надо наполнять все содержанием, что это должно быть выверено, без назидания, интересно и правильно устроено с точки зрения возраста ребенка. Я вспоминаю, как на пленарном заседании Евразийского женского форума в Санкт-Петербурге в 2015 году Беатрис Бурж, основательница движения «Французская весна», сказала, что Россия является примером для других, потому что, выступая в защиту традиционной семьи, она взяла на себя смелость противостоять негативным тенденциям, которыми сейчас охвачено мировое сообщество.
Не понаслышке знаем, что многие семьи из европейских стран сегодня переезжают в Россию только для того, чтобы сохранить традиционные ценности. В странах Запада и США лоббируются медицинское вмешательство в природу человека, пропаганда гендеров среди детей, отрицание созданных природой мужчины и женщины. Например, в начальных классах внедряются такие опасные вещи, как туалет для девочек, для мальчиков и тех, «кто не определился». В борьбу за умы и сердца наших детей вкладываются миллиарды. И очень важно, что сегодня на уровне государства приняты важные документы для сохранения традиционных ценностей. Не будем забывать, что у нас целое поколение выросло на «Доме-2». Необходимо воспитывать ответственное родительство, потому что все начинается с семьи. Многие моменты, к сожалению, упущены. И сейчас следует грамотно, аккуратно, в хорошем смысле этого слова, вкладывать и ум, и сердце, и средства в эту работу, итог которой является залогом безопасности нашей страны.
– В этом году школы начали работать по единым федеральным стандартам. В программу вернулись уроки труда, которые должны объединить робототехнику, черчение, 3D-моделирование, а также новый предмет «Основы безопасности и защиты Родины». Чем руководствовались парламентарии и сенаторы при принятии этих решений? Все новое – хорошо забытое старое?
– Когда Президент поставил задачу совершенствования отечественного образования, мы говорили, что нужно взять все хорошее из русской и советской школ. Безусловно, с учетом современных тенденций, потому что жизнь не стоит на месте. Все «новые-старые» учебные предметы сейчас с новым содержанием. Дисциплина «Труд (технология)» объединяет в себе роботехнику, черчение с компьютерной графикой, 3D-моделирование, технологию обработки материалов и пищевых продуктов. В сельских школах можно будет изучать автоматизированные системы, животноводство или растениеводство. Вариативность присутствует.
В «Основах безопасности и защиты Родины» особенно важна содержательная составляющая в условиях специальной военной операции. Мы не хотим военизировать школу, но крайне необходимо, чтобы и учебники были правильные, и специалисты подготовленные.
– Еще один очень важный предмет «Семьеведение» начали преподавать в этом году в школах для учащихся 5-9 классов. Какими должны быть эти уроки – с точки зрения максимальной пользы для школьников, чтобы в будущем они могли создать крепкие семьи и стать хорошими родителями? Как не наломать дров в данном вопросе?
– В бытность моей работы вице-премьером мы ввели в школах такой курс в качестве эксперимента и разработали даже пособие, причем не потратив ни единого государственного рубля. Одна из общественных организаций, состоявшая из ответственных молодых родителей-бизнесменов, успешно воплотила его в жизнь. Многие субъекты тогда вводили этот курс самостоятельно. Сейчас он будет проводиться на факультативной основе. Очень важно, чтобы эти уроки не превратились в назидание, необходимо делать акцент на психологических, юридических вопросах, чтобы школьники получили азы знаний и понимание того, как в будущем можно выстроить семейные отношения на взаимном уважении.
Вспоминаю, как на одной из встреч в Зианчуринском районе выступила учитель с большим стажем работы и рассказала о тонкостях ведения этого предмета, акцентировав внимание на том, что ни один из ее учеников не развелся, все создали хорошие семьи. Разумеется, это заслуга не только педагога. Когда я как психолог проводила опросы, у школьников было такое представление о семейной жизни: поженились новобрачные, и все у них было хорошо. На самом деле с этого момента все и начинается, и за каждой сложившейся семьей стоит огромная работа над отношениями. Я и своей дочери, она у меня замужем, подсказываю, что в семье надо где-то уступить, промолчать, где-то, наоборот, – четко обозначить свою позицию. Молодые люди любую трудность начинают воспринимать как какой-то крах. Следует научить их правильному поведению в кризисных ситуациях, чтобы ссоры не казались им концом жизни, и они научились быть ответственными суп­ругами и родителями.
– Главной действующей силой курируемого вами блока сегодня выступает интеллигенция – те, кто призван сеять доброе, разумное, вечное. Однако в последние десятилетия идет низвержение этой прослойки общества с прежнего пьедестала, на который оно само когда-то ее и возвело. Почему, на ваш взгляд, такое происходит? И не кто виноват, хотя это тоже важно, а что делать в этой ситуации? Как, на ваш взгляд, можно вернуть престиж профессии учителя?
– Я как-то проводила круглый стол «Образ педагога-наставника в современных средствах массовой информации» с участием продюсеров ведущих каналов. Спросила их напрямую: почему вы, когда показываете учителей, то непременно в какой-то скандальной истории и в прайм-тайм? Мне ответили, что это же рейтинги – такие истории привлекают внимание, а рассказ о хорошем педагоге, к сожалению, нет. Но вкус ведь тоже нужно формировать: сколько у нас достойных учителей, почему бы о них не рассказывать, где наши современные киноленты уровня «Доживем до понедельника»? Сейчас, слава Богу, они стали появляться, и средства на них выделяются. Наш комитет, к слову, предложил участвовать в экспертных комиссиях по отбору фильмов и учителям, и самим детям.
– Сегодня в российских школах остро не хватает педагогов. Почему выпускники педвузов не хотят работать учителями? Вопрос в маленькой зарплате, бюрократизации, отношении общества? Какой выход из этой ситуации видится вам как сенатору?
– Это комплекс факторов. С одной стороны, сегодня очень много вкладывается в инфраструктуру, но если не будет грамотного, любящего свою профессию и своих учеников учителя, грош цена всем этим вложениям.

Несмотря на то что сегодня на разных уровнях говорят о возросшем конкурсе в педвузы страны, вопрос нехватки кад­ров стоит остро. Увы, не ведется мониторинг: сколько учителей уходит из школ в первый год работы, сколько во второй и в третий? И на «часе субъекта», есть у нас в СФ такая форма работы, не всегда звучит полная информация по этому вопросу.
Вероника Петровна Зарипова, моя бывшая коллега из Учалов, в недавнем разговоре привела такой пример: в школу пришел учитель физики, которого честно преду­предили о маленькой зарплате. Молодой специалист, как уверяют коллеги, очень толковый, уволился через полтора (!) месяца, потому как не ожидал, что она будет настолько низкой. В проблеме нехватки кадров и падения престижа профессии вопрос низкой зарплаты – один из основополагающих.
Мы провели мониторинг с профильным ведомством, так как еще в 2020 году СФ принял постановление о том, чтобы для педагогов по всей стране была установлена единая система оплаты труда. Знаете, сколько подходов к формированию зарплаты учителя существует в России сегодня? 37000! И все это обычно отдано на откуп директорам школ. Базовая часть зарплаты маленькая, хотя она должна быть не менее 70 процентов. В этой ситуации руководитель, как правило, исходит из личных предпочтений при начислении заработной платы. Просмотрели стимулирующие выплаты: каких только позиций там нет, начиная от «полить участок» и «дежурство», хотя учитель должен в первую очередь получать оплату за свой труд. Ставка 18 часов оценивается где-то в восемь тысяч рублей, все остальное идет через «накрутки», где-то в 22 тысячи. И педагог зачастую даже не понимает, как формируется его зарплата, хотя все должно быть максимально прозрачно.
Мы добились, чтобы были разработаны единые подходы к формированию зарплаты учителей. Сейчас они прошли утверждение на трехсторонней комиссии, все рекомендации доведены до каждого региона. Я и коллегам объявила – реализацию принятых решений по зарплате будем мониторить постоянно. Безусловно, потребуются дополнительные средства. Но мы считаем своей победой, что в Послании Президента прозвучала мысль о том, что учителя, врачи за один и тот же труд нередко получают разные зарплаты, а такого быть не должно! В регионах-пилотах продолжается донастройка системы. И, как отметил Владимир Владимирович, с 2025–2026 годов по всей стране будут внедрены единые подходы.
Тема капиталоемкая, но, на мой взгляд, если мы сейчас не поможем учительству, завтра в школах некому будет работать. А конкурс в педвузы – пусть там хоть десять человек будет на место, но если при этом доставщик пиццы будет получать 50–100 тысяч, а учитель, чтобы заработать свои 30, должен трудиться на полторы-две ставки и с огромной перегрузкой, а начинающий педагог, у которого еще нет никаких регалий, доплат и стажа, и этого не будет иметь, то считаю, что это однозначно государственная задача.
Второй момент – образ педагога-наставника в СМИ. Должны создаваться хорошие фильмы, публиковаться хорошие статьи, выходить классные книги об учителях. И по-хорошему надо лоббировать образ современного и грамотного учителя на всех уровнях. Во время встреч с победителями конкурса «Учитель года» из регионов убедилась, какие они все образованные, продвинутые, как с ними интересно общаться. Именно о таких и надо писать, рассказывать и показывать их в прайм-тайм на ведущих каналах нашей большой страны.
Мы также приняли «антибюрократический» закон о сокращении количества документов для учителей: их должно быть не более пяти. Рособрнадзор после этого провел опрос: почувствовали ли педагоги снижение отчетной нагрузки? 70 процентов опрошенных ответили – нет. Стали разбираться и выяснили, что в некоторых регионах, по данным Рособрнадзора, кроме бумажной волокиты, имеются порядка 40 (!) информационных систем и мониторингов, которые должны заполнять учителя. Обсудили этот вопрос в правительстве: необходимо, чтобы все задания были синхронизированы и перестали дублировать друг друга. Вывод здесь такой: мало принять законы, их следует еще и изучать, чтобы понять, где и по какой причине в системе происходят сбои.
– Сейчас модно ругать ЕГЭ, мол, знаний эта система не дает, а вот нервы выпускникам «съедает». К тому же появился рынок репетиторства, который забирает школьных педагогов. Однако есть и немало сторонников единого государственного экзамена. Они видят в нем прозрачный инструмент оценки, позволяющий ребятам из глубинки покорять столичные вузы. Ваша позиция в этом вопросе?
– Где-то полгода назад встречалась с нашими студентами из Башкортостана, обучающимися в ведущих вузах Москвы. Они мне задали вопрос, в котором как раз и кроется ответ: «Мы сегодня учимся, кто-то в Бауманке, кто-то в МГУ. Специально решили поинтересоваться биографиями наших региональных руководителей. Все они, оказывается, окончили башкирские вузы. И мы бы хотели, получив дипломы, вернуться на родину и работать в интересах республики. Скажите, почему вы все в основном окончили местные вузы?» Ответила им так: «Ребята, я, например, выросла в семье, в которой папа работал дальнобойщиком, мама – воспитателем-педагогом. Моей сестренке, она медалистка, давали даже направление в МГУ, но мы не смогли собрать достаточную сумму, чтобы она поехала в Москву на экзамены». Поэтому моя позиция такая: я за ЕГЭ!
Этой темой начала заниматься, когда еще работала в должности вице-премьера. Ребятам выпускных классов, помню, задали тогда один только вопрос: что вы знаете о едином государственном экзамене? Ответили, что ЕГЭ превратили в страшилку, из-за чего налицо всеобщая фобия. Мы побывали в регионах, где имелось много нарушений, проанализировав их, выпустили памятки в виде комиксов, сделав акцент на проблемные моменты. Разработали лекторий для родителей – нашим детям очень важно верить в свои силы.
Сегодня нам удалось вернуть в школу сочинение. Казалось бы, такая понятная вещь – когда ребенок сдает иностранный язык, нужна и проверка устной речи. Этого не было, добавили. Многие сегодня ругают ЕГЭ по принципу «я эту книгу не читал, но мне она не нравится». Родителям и педагогам мы как-то предложили прорешать КИМы. И все они потом согласились, что в общем-то ничего сверх программы и не требуется. То есть здесь иногда такая история проскальзывает, когда кто-то что-то сказал, а кто-то неправильно услышал, но она мгновенно распространилась, поэтому-то ненавистников ЕГЭ достаточно. И дело здесь не в самом едином государственном экзамене, а в его содержании. Школьная программа один в один должна совпадать с контрольно-измерительными материалами.
Если в школу придут талантливые учителя, то и школьное образование станет другим – качественным. К сожалению, сегодня они уходят в теневой рынок репетиторства, поэтому учебные заведения не в состоянии создать надлежащих условий для подготовки к ЕГЭ. Повторюсь: необходимо, чтобы контрольно-измерительные материалы совпадали со школьной программой, у нас целый институт занимается разработкой КИМов. И, конечно, требуется ликвидировать теневой рынок репетиторства. Это все звенья одного процесса.
То, что уровень коррупции имел достаточно серьезные масштабы, противники ЕГЭ сегодня почему-то не хотят вспоминать. Да, у него есть определенные недостатки, следует сделать его понятным, прозрачным и объективным инструментом оценки знаний, которые ребенок получил в стенах школы, а не за счет репетиторства. А то получается, есть у родителей деньги – будут у тебя качественные знания, в противном случае – нет. Не нужно далеко ходить, можно зай­ти в любую аудиторию и спросить у ребят: кто готовится с репетиторами? И процентов 70-80, а иногда и 90 скажут, что обращаются к их услугам. Поэтому нам надо идти по пути совершенствования процедуры. Но здесь мы опять приходим к тому, что если в школу придут хорошие учителя, то многие вопросы по ЕГЭ отпадут сами собой.
– Что бы вы пожелали сегодня современным школьникам, их родителям, педагогам?
– Наши дети, конечно, знают, что образование в современном мире беспрерывно, поэтому знания – это их главный багаж, требующий постоянного пополнения. Хорошо учиться, быть осознанными людьми и искренне любить свою страну – такое пожелание ребятам. Учителям – талантливых учеников, достойной заработной платы, понимающих родителей. Уверена, что вместе мы сделаем все возможное, чтобы хорошие педагоги приходили в школу и оставались в профессии, а опытные − не уходили. Мы должны понимать: чем крепче наши знания, тем больше научных открытий и крепче наша страна, а значит, лучше будет жизнь. Это не какие-то высокие слова, нам важно быть едиными в желании сделать Россию сильнее, богаче и могущественнее.

Фаниса Тагирова.

(Окончание. Начало в № 50).
– Лилия Салаватовна, наверняка вы и сами задумывались над этим вопросом: почему именно социальная сфера стала делом вашей жизни?
– Сейчас уже могу признаться: я мечтала поступить в институт искусств, но папа мне сказал, что здесь надо быть только первой, другого не дано. Спорить не стала, подала документы на исторический факультет пединститута. Недобрала один балл, поэтому сначала окончила педучилище, а потом, сдав экстерном экзамены, пришла на второй курс вуза.
Работала в школе. На чиновничью должность, можно сказать, попала случайно. В те годы в администрациях районов и городов формировались информационно-аналитические отделы. Ринат Бареевич Абдуллин, глава Учалинского района, светлая ему память, проводил отбор. Конкурс я прошла, но меня пугали, что Ринат Бареевич очень требователен.
Честно призналась ему в своих страхах, на что он, не мудрствуя лукаво, заметил, что все зависит от результатов твоего труда. В общем-то, наверное, как-то совпали и обстоятельства, и желание попробовать себя.
Потом я возглавила социальную сферу района, у нас хорошая команда единомышленников сложилась. Затем меня пригласили на работу в республиканское правительство, тоже в социальную сферу. Когда что-то получается и есть результат, не имеет смысла менять направление своей работы.
– Образование психолога помогает в работе? Чем именно?
– Безусловно, помогает. Я думаю, каждый человек в душе немного психолог, когда старается сдерживать эмоции, где-то, наоборот, проявлять их. Знание своего характера, умение предугадать поведение партнера, коллег – это очень важно. Кстати, многие западные компании при приеме на работу смотрят не только на компетенции, но и на умение грамотно выстраивать коммуникации.
Сегодня профессия психолога в тренде, но в этой области много шарлатанства и обмана. С деканом факультета психологии МГУ Юрием Петровичем Зинченко и коллегами работаем над проектом закона о психологической помощи. Думаю, объединив усилия с нашими учеными, психологами, доведем эту важную работу до ума.
– Часто ли к вам обращаются за помощью? Наверняка есть вопросы, которые по тем или иным причинам отложились в памяти.
– Обращаются часто. Самые разные вопросы звучат на приемах граждан, немало письменных обращений, в том числе и коллективных, много просьб от конкретных людей по конкретным ситуациям. Понятно, что нельзя сразу всем помочь, возникают и какие-то безысходные ситуации. Но однажды один мой товарищ, человек бизнеса, как-то сказал, что, если Бог дал возможность помогать людям, ты обязана это делать, иначе Господь лишит тебя этой возможности. Всегда стараюсь сделать все от меня зависящее и даже независящее, чтобы поддержать людей, потому что и в моей жизни были ситуации, когда я нуждалась в помощи и совете. И меня тоже поддерживали.
Когда я только начала работать заместителем главы по соцвопросам в Учалах, ко мне обратилась мама мальчика с саркомой тазобедренного сустава: ребенку требовался импортный трансформирующийся протез. Я позвонила гендиректору градообразующего предприятия, договорилась, что он выделит деньги. Но, к сожалению, вмешались «добрые» люди, которые сказали, что вопрос можно решить за счет фонда обязательного медстрахования. Однако в этом случае протез был бы отечественный, не обладавший на то время нужными качествами. Мы с коллегой Венером Алибаевым, замом по экономике, решили данный вопрос с помощью предпринимателей. Через много лет я встретила этого мальчика, у него все хорошо, он ходит.
Еще одна ситуация, в которой оказалась задействованной моя мама. Она совершенно случайно познакомилась с женщиной, у которой 25-летний сын вследствие осложнения после прививки еще в детстве потерял слух. Та всю жизнь положила, чтобы поставить его на ноги. Парень, получивший высшее образование в области информационных технологий, не мог устроиться на работу. Моя мама настаивала: «Лиля, ты должна помочь!»
Молодой человек оказался умницей. Помогли ему устроиться работать информационщиком в один из вузов Уфы за очень небольшую зарплату, где он сумел зарекомендовать себя. Потом Алексей (имя вымышленное) перешел в столичную фирму, работал и жил в Москве, но вернулся обратно, когда понял, что ему тяжело одному в чужом городе. Он приобрел трехкомнатную квартиру, машину, получает хорошую зарплату и помогает матери. Такая вот история, которая началась с моей мамы.
– К сожалению, мир знает не так много женщин-политиков. Кто из них для вас образец для подражания?
– Не только для меня, но и для многих женщин мира, думаю, образец для подражания – это Валентина Ивановна Матвиенко. С одной стороны, столько женственности и чуткости в человеке, а с другой – она обладает такими деловыми качествами, которыми не каждый мужчина может похвалиться. Я не феминистка, но мне понравилась ее фраза о том, что мир сегодня нуждается в мягкой силе. Валентина Ивановна выросла в простой семье, всего в жизни достигла своим трудом. Много сделала не только для Санкт-Петербурга, но и для страны в целом и вообще для мира, особенно в социальной сфере. Очень признательна ей за уроки, которые она дает нам, сенаторам.
– В чем секрет вашей успешности?
– За любым успехом стоит огромный труд. Труд на совесть.
– Скучаете по Учалам? Как часто удается бывать в родных краях?
– Учалы для меня – это место силы. Когда жила в Уфе и нужно было срочное и трудное какое-то решение принимать или просто на душе было не совсем хорошо, мы с мужем могли сорваться и приехать в родительский дом хотя бы на один вечер… Стараюсь помогать родной школе, нашему району, конкретным людям, это всегда важно для меня.

Блиц-вопросы
– Что оказалось самым сложным в вашей работе?
– Когда требуется принять безотлагательное решение, но при этом нет возможности детально проанализировать – будет ли оно верным. Особенно когда речь идет о судьбе человека или каком-то значимом деле.
– Первый значимый успех, окрыливший вас?
– Победа в школьном конкурсе «А ну-ка, девушки!» в седьмом классе. Там надо было не красотой блистать, а готовить еду, читать Пушкина, отвечать на вопросы викторины, танцевать. Тогда поняла, как важно верить в себя. У меня, кстати, до сих пор хранится сувенирная тарелка, которую мне подарили на том турнире.
– Можете вспомнить, на что потратили самую первую зарплату?
– Работая летом няней в детском саду, получила 70 рублей. С папой поехали в Магнитогорск и купили мне плащ, красивый и качественный, родители денег добавили. Я его потом все институтские годы проносила.
– Какое достижение в своей работе на сегодняшний день вызывает у вас наибольшую гордость?
– Изменения, которые мы внесли в Гражданский кодекс.
– Профессиональное кредо?
– Ответственность и еще раз ответственность.
– Самые важные качества для руководителя?
– Как-то мне пришлось стать свидетелем неприятной сцены, когда руководитель отругал своего сотрудника, причем не за дело. Тогда я поняла: никогда и ни при каких обстоятельствах нельзя унижать человеческое достоинство. Всегда следует помнить о том, что это чья-то дочь, сын или мама. Руководитель должен уметь оставаться человеком в любых ситуациях и быть ответственным за свои решения.

– Как вам кажется, какой вы видитесь окружающим?
− Я далека от мысли, что вызываю восторг у всех. Но радуюсь, что есть достаточное количество людей, моих единомышленников, которые относятся ко мне с уважением как к руководителю и человеку.
– А как бы вы сами себя определили? Кто вы?
– Творческий, увлекающийся человек, рисковый в какой-то степени и жизнерадостный. Уныние, как известно, большой грех. Нравится достигать поставленных целей. Люблю и умею дружить.
– Переломный, судьбоносный момент вашей жизни?
– Трудный и переломный – это переезд в Уфу. Все тогда случилось внезапно. Наш социальный блок, в который входило несколько служб, работал дружно, креативно, мы были на хорошем счету. Но когда напрямую позвонил Рафаэль Ибрагимович Байдавлетов, премьер-министр, я растерялась. Звонок с предложением о работе в правительстве случился 14 декабря, в пятницу, а в понедельник я уже была на новой работе. С одним чемоданом приехала и чуть ли не в кабинете жила.
– Какой совет больше всего пригодился в жизни?
– Мамин. Она всегда говорила и сейчас любит повторять, что надо работать, не жалея себя, на совесть, тогда будет и успех.
– Случалось ли вам когда-нибудь переступать через свои принципы?
– Нет. Есть такие вещи, которые важны для меня. Переступить через них – значит, перестать уважать себя.
– Как реагируете на критику в свой адрес?
– Расстраиваюсь, переживаю. Пытаюсь анализировать, справедливая она или нет. Всегда делаю выводы, потому что «…опыт, сын ошибок трудных».
– Ваш самый большой недостаток?
– Наверное, эмоциональность.
– За что можете себя искренне похвалить?
– За настойчивость и оптимизм.
– Что бы изменили в своем прошлом, если бы была такая возможность?
– Если бы исправляла одни ошибки, наверняка наделала бы другие (смеется. – авт.). Поэтому пусть все идет, как задумано свыше.
– Любите быть в одиночестве?
– Нет, не очень.
– Три книги, которые больше всего повлияли на ваше мировоззрение?
– В родительской семье был культ книги. Папа, что называется, читал запоем. Мама каждый день для нас, детей, устраивала читки вслух. Произведения выбирала из золотой коллекции книг о любви к Родине, патриотизме. Они учили нас быть стойкими, не бояться трудностей. И это совсем не высокие слова. «Как закалялась сталь» Николая Островского (в Китае она бьет все возможные рекорды популярности), «Судьба человека» Михаила Шолохова, «Молодая гвардия» Александра Фадеева – это в хорошем смысле воспитательная классика для меня на всю жизнь.
– Какие детские мечты смогли воплотить в реальность?
– В детстве мечтала стать диктором, на сцене выступать, преподавать. Все в том или ином виде воплотилось в жизнь. На местном телевидении в Учалах готовила и вела передачу о деятельности администрации района. Преподавала. И на сцене выступала, научившись играть на гитаре. Сейчас я шучу: поскольку родители не разрешили мне поступать в институт искусств, иногда пою бесплатно, но только для очень хороших людей и в очень узком кругу.
– Если бы вы имели возможность встретиться с собой, 17-летней, когда стояли на пороге большой жизни, что бы вы себе сказали?
– Все хорошее случится. Верь в себя!
– Как избавляетесь от стресса?
– Семья для меня – лучший лекарь. Общаюсь с дочерью, она у меня уже взрослая. Маму навещаю. Провести время с близкими – это большое счастье.
– Как относитесь к злопыхателям и хейтерам?
– Однажды Юрий Пустовгаров, он тогда работал вице-премьером республиканского правительства, дал мне хороший совет: никогда не читай пасквили – пока не прочитала и не посмотрела, этого для тебя не существует. По сей день стараюсь придерживаться данного принципа.
– Чего никогда не сможете простить людям?
– Предательства.
– Что для вас самое главное в жизни?
– Здоровье, счастье и благополучие моих близких и родных.
– Что больше всего вас радует?
– Успехи дочери.
– Огорчает?
– Как говорил Сократ, здоровье – это не все, но все без здоровья – это ничто. Очень переживаю, когда болеет мама.
– Что, с вашей точки зрения, приносит человеку и человечеству больше всего зла?
– Само зло. Особенно когда оно приобретает какие-то огромные масштабы и возле него кооперируется большое количество людей.
– Пользы?
– Любовь человеческая и искреннее желание сделать этот мир лучше.
– Ощущение, которое хотелось бы испытать?
– Стать бабушкой.
– Избежать?
– Одиночества, нездоровья.
– Любимая цитата?
– Все зависит от конкретного случая. У меня их много, начиная с такой: относись к другим людям так, как хочешь, чтобы они относились к тебе.
– Любимое время года?
– Зима, потому что родилась в это время.
– Любимая песня, которая строить и жить помогает?
– «Надежда», я ее часто пою.
– Ваш девиз или философия, которой придерживаетесь в жизни?
– Будь смелой, трудись, и тогда все получится.
– Человек, знакомство с которым повлияло на ваше мировоззрение?
– Мировоззрение – все-таки такая комплексная история, оно формируется с детства. Для меня это равно воспитанию, а в него вкладываются очень многие люди.
– Самое поразительное впечатление во время зарубежной поездки?
– На 148-й Ассамблее Межпарламентского союза (МПС) в Швейцарии, это случилось несколько месяцев назад, накануне ознакомительного выезда парламентариев из рабочей группы по науке и технике в крупнейшую международную лабораторию физики высоких энергий CERN руководство организации отказало мне, как члену делегации Российской Федерации, в посещении. Научно-техническая рабочая группа МПС, куда входят и представители США, и стран ЕС, собрались без меня и единогласно решили, что нельзя мириться с такой дискриминацией и отказались от поездки. Такое единство моих коллег меня приятно удивило.
– Любимый поэт?
– Высоцкий, еще со школьных лет. Перечитывая Владимира Семеновича, понимаю, что его стихи намного глубже, чем кажутся на первый взгляд.
– Любимое слово в русском языке?
– Их три – надежда, вера и любовь.
– В родном башкирском?
– Тәүфиҡ. У этого слова нет точного перевода на русский, оно собирательное по смыслу. В нем концентрация всех нравственных человеческих качеств – и уважение к старшим, и воспитанность, и доброта. Моя эзэй, бабушка, всегда говорила: «Балаҡайым (деточка), тәүфиҡлы бул (будь)». Я и в Москве коллегам про это слово не раз рассказывала.
– Любимый фильм?
– «Москва слезам не верит».
– Книга, которую сейчас читаете?
– Мне нравится перечитывать классику. Это совершенно новый взгляд на, казалось бы, давно известные вещи.
– Какое искусство для вас важнее всего с точки зрения воздействия?
− Музыка. У Альфреда Шнитке как-то прочитала: «Это язык, где семантика вся случайная и осколочная, как будто человек управляет силами, которые ему не подчиняются».
– Любимое место отдыха?
– Учалы и наши удивительные озера – Ургун, Калкан. Восхождение на Иремель сложно назвать отдыхом, потому что оно требует и концентрации воли, и определенной физической подготовки, но все же стараюсь каждый год подниматься на нашу гору. Иремель дает мощную перезагрузку и ощущение чего-то настоящего и большого.
– Любимый город?
– Уфа.
– Увлечение?
– В юности увлекалась игрой на гитаре, но сейчас катастрофически не хватает времени.
– Любимый цвет?
– Зеленый. Цвет просыпающейся природы, когда только-только начинают распускаться первые клейкие листочки на деревьях.
– Где отдыхали в последний раз?
– В Сочи, всей семьей, нынешним летом.
– Вы счастливый человек?
– Да, я счастливый человек.